В деревне возле Минска под картошкой нашли клад с монетами Речи Посполитой

Казалось бы, находка серебряных монет XVII века на огороде — уже готовый сюжет для детектива. Но для деревни Бродок клад Радзивилловских времен — лишь одна из глав в длинной летописи. Здесь до сих пор помнят, как река была шириной с озеро, как после паводка рыбу собирали руками, а по улицам ездили танки. Сегодня, когда округу застраивают коттеджами, Бродок упрямо держится за статус «живой» деревни, где гуси ходят по дороге, а соседи знают друг друга по именам.

Деревня Радзивиллов и Тышкевичей

Впервые Бродок упоминается в инвентаре 1650 года как деревня имения Городок, принадлежавшего князю Богуславу Радзивиллу. В разное время деревня переходила владельцам, от Тышкевичей к помещику Мазуркевичу. В 1800‑х здесь насчитывалось около двух десятков дворов и более сотни жителей, а к концу века – уже 51 двор и 303 человека. Работала передвижная школа грамотности, часть жителей зарабатывала пилением досок. А на реке, где сейчас находится пешеходный деревянный мост, еще в прошлом веке работала водяная мельница.

Название деревни традиционно связывают с бродом. Старожилы рассказали про то, что возле мельницы находился проезд, где через реку можно было перебраться вброд, но только тем, кто точно знал, куда можно наступать и заезжать: лошади иной раз проваливались.

В 1961 году житель деревни Алексей Аносик, копая картошку на своём участке, нашёл тут глиняный горшок с монетами.

Часть находки разошлась по частным коллекциям, а 46 монет попали в Национальный исторический музей

Среди прочего там было серебро Речи Посполитой, Нидерландов и Бранденбурга‑Пруссии XVII века. Монеты Речи Посполитой, отчеканенные в период правления Сигизмунда III Вазы (1587–1632), представлены различными номиналами: солиды, грош, орты, шостаки, полтораки. По составу клада исследователи предполагают, что тезаврация Бродского клада произошла в 1650‑е годы.

Широкая река и рыба на сенокосе

Деревня вытянулась вдоль реки Веснянки, та впадает в озеро у Острошицкого Городка. Сегодня это достаточно узкая, но быстрая река, которая не замерзает даже в сильные морозы. Однако старожилы помнят, что до мелиорации она была в разы шире, местами достигая 20-30 метров в ширину, а в половодье разливалась почти на сотню метров.

Людмила Пятёрка, родившаяся здесь в 1955 году, рассказывает, что раньше Веснянку чистили тракторы ковшами, а рыбу после таких работ ели целыми мешками. Она вспоминает и необычный весенний улов: 

– Весной вода шла по сенокосу почти по колено, и по траве буквально прыгала рыба – карпы, караси. Мы с братьями держали мешки, а взрослые просто собирали её руками. 

На холме, по воспоминаниям уроженки деревни, раньше была начальная школа, куда они ходили с местными детьми до 4 класса. Со школьных лет она помнит и про форелевое хозяйство на реке недалеко от деревни, куда их водили на экскурсии.

Раньше зимой дети катались с крутых гор, вся жизнь проходила на улице – после праздников соседи выносили лавки и общались до темноты. Сейчас знакомых лиц Людмила Пятёрка почти не встречает: дома покупают и строят дачники, кругом растут высокие заборы. Но Людмила Павловна хранит свои корни. Она живёт в доме, построенном на месте дома ее дедушки. Сюда приезжает и четвертое поколение семьи, ее дочь с зятем.

Наполненная жизнью деревня

Галина Афанасьевна приехала в Бродок по распределению более полувека назад – тогда ее сюда привезли на тракторе по бездорожью. Она вышла замуж за местного фельдшера, работала бригадиром, потом на местной ферме, была депутатом и заседателем суда, а сегодня она – староста деревни. Женщина поделилась историей из прошлого, которую слышала от старожилов:

– Старики говорили, что когда-то поселение Бродок дальше по реке ещё стояло, но людей оттуда на нынешнее место выгнала чума: хаты сжигали, сбегали в лес через реку. А на месте сгоревших домов и старого кладбища старались ничего не строить, чтобы чуму не разбудить.

В военные времена по улицам деревни ездили танки: они объезжали горячие точки, чтобы попасть в столицу

Галина Афанасьевна все эти годы держит свое хозяйство – коз, свиней, десятки кур, есть теплицы и огород. Раньше было еще несколько коров и пять свиноматок. Она признается, что не боится животных, которых часто встречает в окрестностях деревни: лосей, выдр, лис и бобров.

По данным Острошицко-Городокского сельисполкома, в Бродке официально зарегистрировано 118 хозяйств и 262 постоянных жителя, среди них 48 детей. У многоэтажек есть площадка, а через дорогу жители своими силами сделали ещё одну – с горкой, качелями. Её обнесли деревянным забором, где каждая рейка выстрогана в виде цветного карандаша, а рядом организовали импровизированный велобокс с качелями.

По словам старосты, раньше в деревне было больше жителей и почти сотня детей. Сейчас же «золотое время» в другом: есть инфраструктура, дороги, транспорт. В деревне работает небольшой магазин, в котором есть все необходимое. Усилиями местных жителей Бродок остаётся живой деревней, а не типичным коттеджным посёлком выходного дня.