Соцработник из Заславля с 35-летним стажем рассказала о жизни, смерти и человечности

Татьяна Рудая 35 лет трудится в Заславле соцработником. Позади — более сотни подопечных, тысячи оказанных услуг: от бытовых — прибраться в доме, вынести мусор, протопить печку, принести дров, сходить в аптеку или магазин, до помещения человека в больницу, наведывание его там. Но главное в этом всем — прожитые вместе судьбы.

Последний человек, который был рядом

По словам Татьяны, самый тяжелый момент в практике, это когда человек внезапно уходит.

— Был случай: пришла в очередной раз к одной бабушке, мы все сделали по дому, поговорили. Она мне напоследок рукой помахала. А в следующий визит я застала в доме траур. И ее, уже собранную в последний путь. Это трудно. Мы ведь привыкаем.

Соцработник говорит, что многие подопечные, у кого нет детей, начинают воспринимать их как дочерей, делиться сокровенным.

— Бывало и так, что я сама находила своих подопечных ушедшими. Вот мужчина, одинокий, педантичный, он мне даже мусор отдавал не ведром, а аккуратными пакетиками. И ключ от квартиры был только у меня, больше никому не доверял. Однажды пришла и обнаружила его в ванной. Это был удар. Но как бы все не происходило, ты берешь себя в руки, потому что надо организовать прощание, все, что следует этому ритуалу. И ты — последний человек, который был рядом.

Татьяна говорит об этом без пафоса, с тихой грустью. И признается, что в первые годы очень «выгорала»: плакала по дороге домой, искала в себе силы. Потом пришли опыт и внутренняя мудрость — помогать, не разрушая себя. Но до сих пор некоторые истории отзываются болью.

Холод одиночества и тепло общения

Бывает и так, что родственники есть, но помощи от них нет.

— Обслуживала я одинокую бабушку, из родных у нее была только племянница. Я и звонила ей, заинтересовывала, уговаривала больше общаться. Увы, не отозвалась. Приехала лишь попрощаться, когда моей подопечной не стало. Бывает, что и мать с дочерью живут в одной квартире, а ведут совершенно раздельное хозяйство: у каждой свои продукты, свои счета, даже разговаривают холодно. И твой приход для пожилой женщины — единственное общение за неделю.

Для Татьяны ее подопечные — не просто «объекты обслуживания». Это целые жизни, вплетенные в ее собственную. С особой теплотой она вспоминает тех, кто дарил не меньше, чем получал.

— Вот, например, Луиза Васильевна… Женщина, которую обожали внуки. Она им и с уроками помогала, и чем могла поддерживала. Всегда у нее для них и угощение, и доброе слово. Или семья Строгановых — Василий Илларионович, прошедший через немецкий плен, и его Настасья Семеновна. У них я училась терпению, уважению друг к другу, настоящей житейской мудрости. Они прожили вместе долгую жизнь: он не дожил до 100 лет несколько дней, его спутница ушла несколькими годами ранее… Такие встречи обогащают, дают сил и веры, — вспоминает женщина.

Глаза Татьяны Рудой светятся, когда она перечисляет имена. Была еще и Антонина Федоровна, учительница истории, ее дочь-профессор, которая стала для Татьяны и добрым советчиком, и врачом. Эти люди оказались частью ее мира.

Учиться состраданию и твердости

Работник отделения социального обслуживания на дому ТЦСОН Минского района не скрывает, что работа научила ее не только состраданию, но и твердости. Приходилось и учить жизни — мягко объяснять пожилым людям, как жить в новых реалиях, когда они с тоской вспоминали прошлое: «Вот раньше было…» Эта «ломка» давалась им тяжело, и ей нужно было стать для них проводником в изменившемся мире, говорит собеседница:

— Профессия — это мое призвание. Здесь нельзя без любви к людям. Совсем. А еще это школа жизни для меня самой. Я научилась глубже понимать старость, болезнь, одиночество. Научилась ценить свою семью, каждое мгновение. И, кажется, передала это понимание детям.

Так, ее дочь Майя тоже в социальной сфере, притом уже более 18 лет. Сын тоже перенял трудолюбие, вырос ответственным, и семью такую же построил.

Есть простая, выстраданная правда: иногда, чтобы спасти чью-то жизнь, достаточно просто быть рядом. Не героем, не родственником, а просто ответственным, теплым, надежным человеком, который не отвернется. Таким, как Татьяна Рудая. Для которой «социальный работник» — не просто должность в трудовой книжке, а состояние души.