Выборы-2018

 

Официально

Регион

Оцените феншуй по-белорусски

 В деревне Озерцо (юго-западное направление от Минска) расположен Белорусский государственный музей народной архитектуры и быта, музей-скансен (музей под открытым небом). Заглянув в него, можно совершить прогулку в XIX – начало XX в. Какой была Центральная Беларусь, Поозерье и Поднепровье тех времен, расскажут и покажут его сотрудники. 

Об этом удивительном музее рассказывает Александр Шавель, заведующий культурно-образовательным отделом. 

— Александр Николаевич, как вы стали сотрудником музея?

— По образованию я историк и экономист. Окончил БГУ. Работал в БНТУ и в центре дошкольного воспитания молодежи, так что еще и педагог, воспитатель. Мое хобби — рыцарство. Был организатором, режиссером, сценаристом рыцарских фестивалей, один из них — «Камянецкая вежа». Сотрудничал с управлениями культуры. Учитывая мой богатый опыт, взяли на работу в музей.

— Рыцарство и фольклор — вещи не совсем близкие. О чем вам больше всего нравится рассказывать посетителям?

— Как историк я специализировался по средним векам, фольклором раньше не занимался. Хотя в музее есть здание и XVIII столетия — в принципе со средневековьем соприкасается. С увлечением своим не прощался — в этом году  здесь мы провели фестиваль, который стал популярным среди посетителей музея. А что касается экскурсий, как ни странно, интереснее всего мне представлять обычную крестьянскую хату. Потому что археология говорит, что по этому образу и подобию жили наши предки и тысячу, и две тысячи лет назад. Это своеобразный славянский феншуй: организация пространства в идеале соответствует особенно-стям именно этой местности, выверена тысячелетиями. И эта традиция закончилась только в середине ХХ столетия.

 Еще моя бабушка о своем доме говорила: «Нічога не чапаць, пакуль я жыву». Она и сама не знала, почему должно быть так . Но в этом пространстве ей было уютно и гармонично.

— Ступив на территорию музея, сразу понимаешь: с переездом в города мы потеряли эту потрясающую тишину. А что еще?

— К сожалению, многое. Связь с традициями, а ведь они же определялись нашими предками не с потолка, у всех белорусов они одинаковые — с региональными отличиями, но в целом идентичные. Это система, выверенная методом проб и ошибок. На собственных промахах — именно так лучше всего. Связь с предками без нее современную цивилизацию просто разрушает. Идет процесс унификации по западному образцу. Помните поговорку «Что хорошо русскому, то немцу смерть». Так что то, что идет с Запада, для нас плохо. Количество заболеваний растет в городах, людям неуютно, они психически неуравновешенные. Почему дома делали из сосновых бревен — сосна обладает целебными свойствами. Как наши предки к этому пришли? Может, исходя из того, что сосновый бор светлый. А ельник темный, там темная сила. Но ученые подтвердили — сосна обладает бактерицидным действием. И куда лучше для здоровья жить в сосновом доме, а не в каменном и железобетонном — они отбирают энергию. А строили дома на тех местах, которые энергетически благоприятны человеку. Существовал ряд методов, которыми определяли, хорошее место или плохое. С одним все знакомы — впустить кошку в новый дом и поставить кровать там, где она ляжет. Смотрели, какая живность населяет это место: там, где плодились паучки, лучше не строиться. А у нас же генплан, он этого не учитывает.

Территория музея — уникальное место. В реку Птичь впадает река Менка. По теории некоторых ученых, найденное здесь городище и было изначально Менском. Но потом в XI веке город сожгли, люди обосновались на новом месте — тогда было не принято строиться на пожарищах, на костях. Город стал развиваться на Немиге. В Озерце были и курганы, и священные рощи, и алтари языческие —  ведуны, волхвы, астрономы здесь просили благ у высших сил. Потому здесь очень приятно находиться. Люди приезжают сюда просто побродить. Все экскурсии они уже прослушали по три-четыре раза,  теперь просто гуляют. Раньше были раскопки. В следующем году планируем открыть выставку, познакомить посетителей с найденными экспонатами.

— Расскажите, что бывает чаще — организованные экскурсии или одиночки?

— По статистике, год от года количество посещений растет. Но я бы не сказал, что в большом количестве. Влияет то, что мы сами более активно стали рекламировать музей. Нельзя сказать, что именно из-за любви к этнографии приезжают посетители. Но интерес есть. Проводим экскурсию, люди с удивлением признаются, что очень многого не знали. Тут такие пласты поднимаются! Школы, турфирмы привозят детей. У нас разработано несколько программ, экскурсий с интерактивом. Например, «Пшеничный колосок»: показываем и рассказываем, как делали хлеб. Некоторые вообще не представляют этот процесс. Думают, булки растут на деревьях. Показываем, где складировалось зерно, как обрабатывалось, как его сберегали от мышей, как муку делали, как пекли каравай в печи. Целый спектакль получается. Роль Домовичка исполняет наш музейный сотрудник. А потом угощаем всех горячим хлебом. Обычный хлеб, но дети говорят: «Как вкусно, в жизни такого не ели». 

А все потому что здесь совсем другое восприятие.

Количество посетителей зависит от сезона. Сентябрь и май — лучшее время для детей. Начинается и заканчивается школьный год. Нагрузка еще или уже небольшая, а погода позволяет. А летом дети по лагерям, у дедушек-бабушек, так что летом и зимой больше взрослых. Многие приезжают семьями, а военные целыми взводами.

— Дети — не самая легкая аудитория. А зарплаты в культуре далеко не самые высокие. Как обстоят дела с кадрами?

— С детьми самое главное — чем-то их заинтересовать, привлечь внимание, тогда информация у них в голове откладывается. Это зависит от таланта экскурсовода или педагога: вычленить что-то главное в информации, учесть возраст и интересы детей. Дозировать, подавать информацию в игровой форме.

За экскурсии отвечает культурно-образовательный отдел (10 сотрудников), но в принципе экскурсию может провести любой музейный сотрудник из реставрационного, фондового и других отделов. Все сотрудники компетентные. Сегодня, например, у нас 22 экскурсии, на каждую — полтора часа, естественно, на все наших сотрудников не хватает. Бывают разные ситуации, поэтому мы рады помощи коллег. 

Есть сотрудники с большим стажем и опытом. Лидия Малькевич, на которую мы равняемся, лет 20 точно работает. Молодежь приходит по распределению из института культуры и других вузов. Отрабатывают положенное — многим кажется, что где-то лучше. Здесь остаются только истинные фанаты своего дела — этнографии, истории, пропаганды. Посетители все довольны и благодарности по электронной почте прысылают либо оставляют в книге записей.

— Что интересного планируете в ближайшее время?

Руководствуемся календарем народных праздников: Деды, Коляда, Масленица, Купалье. Белорусский государственный музей народной архитектуры и быта, как и всякий музей, должен сохранять историю. Архитектуру вы видите, но и о быте мы помним. Показываем этнографическую составляющую этих праздников — то, как это было. Какие-то моменты реставрируем, традицию соблюдаем независимо, насколько это популярно для зрителей. Должен быть какой-то эталон. А другие могут его интерпретировать. Первого ноября — Деды. Праздник не только семейный, но и общенациональный, поминовения наших предков. Гостей музея ждет тематическая выставка с экскурсионным обслуживанием.

— А как сочетаются такие (в моем понимании) несовместимые вещи, как рок-музыка, которую мы слышали на вашем музейном фестивале «Камяніца», и этнографическая аутентика?

— Очень даже сочетаются. Если мы будем сохранять только эталонную этнографию, и современные композиторы, и авторы будут игнорировать народный фольклор, то мы просто потеряем национальное своеобразие и даже можем исчезнуть как нация. Культура не может быть статичной, она создается здесь и сейчас, но на базе тех культурных ценностей и традиций, которые характерны для этого народа. Почему стали знаменитыми «Песняры»? Потому что они представили народные фольклорные песни в современной аранжировке. Поэтому мы приветствуем практически любую попытку осовременить наш фольклор при помощи рока, рэпа и других направлений в современной музыке и культуре. Но для того, чтобы будущие поколения могли черпать вдохновение, задачей музеев и других культурных учреждений является сохранение первичного эталонного фольклора.

— У вас и свадьбы играют, и для фотосессий приезжают.

—  Фотосессии сейчас проводить модно. Заботимся о малых формах — скамеечки строим, беседочки.

Сотрудничают с нами предприниматели — можно полетать на дельтаплане и увидеть весь музей сверху, можно совершить прогулки на лодке по реке Птичь.

Свадеб было очень много несколько лет назад. Теперь альтернатив хватает — свадьбы в корей-ском, японском стиле. Люди так устроены, что стремятся к разнообразию, но мы не останавливаемся, разрабатываем новые сценарии свадебных торжеств.

Ближе к зимним каникулам уже думаем над новой программой — готовим сказку для детей «Прыгоды ў краіне Зюзі». У нас же, у славян, деда Мороза не было. В сказке будет и Баба Яга, и Завея (вместо Снегурочки) и знахарка-травница Зялярка, и Цмок, который будет пускать настоящий огонь. Продумали и возможность выпить горячего чаю — на территории есть корчма — музейный объект, который арендует частная фирма, там только белорусская национальная кухня.

— Хорошо бы еще чаи у вас продавать — наши, белорусские, травяные. Например, те, что Минская овощная фабрика производит. 

— Решение, конечно же, за директором нашего музея: если они найдут взаимопонимание, и фабрика откроет у нас на территории киоск по их продаже, то все мы будем только рады такому сотрудничеству.

  Ольга ПАВЛЮЧЕНКО.

Фото автора.

Оставить комментарий:

Для рекламы используйте доску объявлений!
Ваше имя:


wink smile tongue biggrin lol closedeyes glare huh sad angry cool unsure ohmy blink shok

        


Введите цифры на картинке:

Поделиться ссылкой вКонтакте
Поделиться ссылкой в Twitter